Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
* * *
Доказывай всем, доказывай,
что ты ни эник, ни беник
и что в период докассовый
не тырил казенный вареник.
- На вас поступают жалобы
с подписями - на лист.
Что не верблюд - где алиби?
Сутул ведь - давай колись!
- Уж не левша ли часом -то?
Не жид ли? Не гей еси?
И почему пел басом 'до',
когда все тенором - 'си'?
Флажок держал ли? А был он ал?
А в ту ли дудел дуду?
А под стрелою не ты ль стоял
В ...десят лохматом году?
- Не я, начальник, и фото вот...
Виза. Прописка. Штемпель.
Взгляните, товарищ мордоворот,
я прост, как электроштепсель.
Хлопал со всеми и чавкал в такт,
и в урну кидал, что надо.
- Контакт? Пожалуйста, есть контакт!..
Не надо? И нет контакта!..
Все как положено. От и до.
Я не верблюд. Я кляча.

И только во сне свое нижнее 'до'
кричу...И лечу.. И плАчу...

***

Считалочка

Кто ты будешь такой,
за утекшей рекой,
за последнею осенью в рощах?
Никого нет на том,
на крыльце золотом -
ни царя, ни портного, ни прочих...

Нет в реке пескарей.
Отвечай поскорей.
Не растрачивай времени мелочь...
Лает пес, голосист -
взгляд от бельм серебрист...
Не узнал - это ж я, королевич...

Ах, ты боженьки мой,
как запахло зимой...
Нет у даний ни манны, ни мани...
Немец выпил стакан,
спрятал ножик в карман
и навек растворился в тумане...

***

Спас

милая кто мы где мы
в дыме воде эдеме
в демоновы ль пределы
перелетели мы
это волна лимана
это во льне поляна
тема из телемана
топкая пыль луны

явор ли и омела
якорь и каравелла
если бы и хотела
не убежишь держу
ежели и изрежусь
глупой душой о нежность
радостна принадлежность
сладостному ножу

вместе с тобой летаю
выше всех алатау
к альфам и вегам тау
астровым берегам
словом привязан самым
шепотом прикасаньем
сказанным несказАнным
прожитым по слогам

ноют горбы горбатых
реки шумят в карпатах
тень на твоих лопатках
свет на твоих щеках
радость моя истома
яблочная оскома
первые струи шторма
в перистых облаках

милая где мы кто мы
кем мы с тобой искомы
солнцем ли что из комы
приоткрывает глаз...
птичьим колоратурьем
поезда ревом турьим
августа неразумьем
что никого не спас

божье преображенье
в мире несовершенном
в щедрость плодоношенья
и хоть немножко в нас
альфа моя омега
мекка моя онега
небо мое и нега
будто в последний раз

***

Ходить и щуриться на свет
на фоне парковой натуры,
где воздух к полдню разогрет
до благостной температуры.

Без постной мины, без личин -
ну разве что глаза заУжу...
Осенним светом облучить
свою растрепанную душу.

И просто называть - не вслух -
приметы видимой картинки -
скамейка, лужица, лопух
и паутинки, паутинки...

Следить за летом голубков
сквозь желтое и голубое.
И хмель не сделанных глотков
дрожащей чувствовать губою.


***

..Потому что осень.
Скажем - не жара.
Потому что восемь
часиков утра

Потому что иго
выходного дня,
а в кармане фига,
а в душе фигня.

Тихо потому что...
Не жилье - а скит.
Потому что мушка
между стекол спит.

Потому что зяблик
скачет у крыльца,
щеки палых яблок
тронула гнильца.

Потому что лето
промотал вразнос.
Вот тебе ответы.
Подождем вопрос.

***

Журавли

Курлы...курлы...Ну да.
Все правильно. Пора уж.
С болотного кута -
туда, где мир сверкающ.

Огромные углы
великого кочевья...
курлы... курлы...курлы...
несмазанно-качельно.

Окстись, Вован, коли
на вилочку салями.
Почто нам журавли?
Фиг с ними - с журавлями...

Они лишь краткий знак,
сезонный символ веры,
что можно на крылах
вот так - через барьеры.

Но все же сердце жмёт,
когда над желтым лесом
они ведут полет
раздвоенным порезом.

Оскомина в зубах.
И нет лететь резонов.
Ну, разве что в зобах
дюралевых драконов...

Они - курлы - своё...
В руке синица сдохла.
И злое остриё
прокалывает горло...

И тишина потом.
И первые снежинки.
И в воздухе спитом
грачиные чаинки.

***

..И больше нам не быть вдвоем -
мечтой себя не изводи.
Меж пристанью и кораблем
все шире полоса воды.

Машины крутятся враздрай
и вертят утлый шар земной,
на место возвращая рай,
навек закрывшийся за мной.

Пролива черная вода
мертва, как деготь или клей,
а в ней пустые невода
и прах сожженных кораблей.

Разлукой воздух заражен.
Прокисшим хлопком безнадег
зовущий берег заращен
иль в водяную бездну стек.

Лишь ты - как звездное пятно,
сияющее на молу...
Куда плыву я - все одно...
Ни жить, ни сгинуть не могу.

***

Песня мима

Вот он я - гуттаперчевый мим.
Вот моя невеликая тайна -
я устал переделывать мир
для счастливого в нем обитанья.

Нету сил, применяясь к нему,
улыбаться раскрашенной рожей -
я себя у него отниму,
скрывшись в белых кулисах пороши.

Было так - каждый нерв ликовал.
И светилось, и жгло, и щемило...
А теперь горше леонковалл.
И грызет за грудки ишемия.

Верил я в пасторальный мотив -
мол, добро и любовь, и свобода.
Не заметил, как этот наив
обернулся безумьем испода.

Биться в нетях, бояться шлепков,
рвать в лапшу перебитые жилы
за отрыжную медь кошельков,
за смешок, колыхнувшийся в жире...

Анно домини две тыщи пять -
год-бодун, понедельник, расстрига...
Мне суметь ли тебя дощипать
до курантов шампанского мига?

Я отказник от вер и надежд.
Черт к душе припечатал копыто.
Здесь предательный правит падеж
и глаголы совравшего вида...

Ухожу, доиграв эту роль.
Шар земной сквозняком раскачало.
Снег идет. Анно домини ноль.
И, быть может, удастся - сначала.


***

Будто все окончено.
И начаться нечему...
Кружит птица ловчая...
Плачет птица певчая...

Растворили грешника
лес и берег Немана.
На листок орешника
мое сердце меняно.

Кровь теперь створожена
в барбарис, рябину ли.
Празднуй, заполошное
племя воробьиное.

И уже беспаспортный,
и никем не узнанный,
и умею запросто,
быть и сном, и музыкой.

Над своими милыми,
над прощеным ворогом
бить умею крыльями,
плыть умею облаком.

А душа проточная,
от тумана млечная...
Плачет птица ловчая...
Замолчала - певчая...

***

Пропадай, зеленый цвет,
до последнего процента,
наступай, дремучий бред
цвета грязного цемента.

Сквозь безумную гульбу
октябрейшего мидаса
привечаю голытьбу,
обнаженность до каркаса.

Здравствуй, курочкина рябь,
разлохматившая лужи,
тороплю тебя, ноябрь,
наступай на наши души.

Как торопит ката тать,
упакованный в железо -
начинай уже пытать,
закавычивать и резать...

Лучше раньше, чем потом.
Вивисектор, не томи же...
А за катом - суп с котом...
Нет, не спрашивай, не вижу...

***

Ливень случился слепой,
праздничный, раззолоченный.
Падай, рассказывай, пой,
медленный мой, алычовый.

Лей на камыш-очерет,
брызгай на крылья касаток
овеществившийся свет,
солнечный жидкий осадок.

Радуйся, каждый простак -
вечно желавший охотник,-
небо в фазаньих хвостах,
пестрых, лоскутных, лохмотных!

Ливень, дружище, браток,
дай своей пенистой влаги
высохшим лонам проток,
мутной кринице в овраге.

Дикий омой виноград,
путайся в пене кичима.
Все поправимо, мой брат,
так или сяк излечимо.